English Version

 

Звонки

Сможете скачать голос рыбного филина как звонок для сотого телефона. Есть дуэт и голос птенца.

 

Филинячие Вещи!

Купите футболку проекта и помогайте нам сохранить рыбного филина.

 

ВОСТОК СИБИРИ: Наблюдайте за подсказками природы


Джонатан Слат, WCS (Общество сохранения диких животных)

[Это 15-я часть из серии рассказов “Восток Сибири”, в которых Джонатан Слэт, из WCS рассказывает о филинах, тиграх и полевой работе на Дальнем Востоке России]


Вообще это история о тигре и об одном или двух медведях, но если бы меня спросили, о чем она, то я бы сказал, что она о вороне.
В июне 2006 г. меня попросили помочь в поисках погибшего тигра. Я только что завершил полевые работы по изучению рыбного филина и находился в Тернее, небольшом приморском поселке, где была расположена база проекта по сохранению амурского тигра Общества сохранения диких животных. За вечерней кружкой пива я слушал, как биологи обсуждают проделанную за день работу: они рассказывали о рычащих тиграх и демонстративно бросающихся медведях. В этих рассказах никогда не было ни тени бравады, а лишь спокойная констатация факта, типа вот что сегодня у нас случилось на работе. Я с облегчением думал: Слава богу, что это не случилось со мной, и я думаю, многие бы со мной согласились.
Есть что-то безусловно пугающее в этих огромных зубастых хищниках, которые сначала прячутся, а потом внезапно прыгают на жертву и убивают ее.
Однажды утром Джон Гудрич, который тогда был полевым координатором проекта по сохранению амурского тигра, сказал мне, что, судя по неактивному типу радиосигнала, тигр-самец с радиоошейником находится на одном месте уже несколько дней. Это означало одно из двух: либо тигр погиб по естественным причинам, либо его застрелили браконьеры и уничтожили радиоошейник, чтобы замести следы. Джону нужен был еще один человек для поиска тигра, и поскольку тот уже вероятно был мертв, мне казалось, что это в принципе безопасно. Я согласился помочь.
Мы отъехали примерно 10 км от поселка, Джон припарковал машину на обочине, включил УКВ-приемник и с удивлением услышал активный пикающий радиосигнал. Радиосигнал бывает двух типов – активный, который означает, что тигр двигается, или пассивный – если тигр не двигается в течение нескольких часов. Ошейник этого тигра последовательно в течение нескольких дней передавал пассивный сигнал, поэтому полевые сотрудники решили, что тигр погиб. Сейчас стало понятно, что это было ошибкой. Я посмотрел на Джона, полагая, что эта новая информация означает отмену поисков, но он пожал плечами и двинулся в лес. Сейчас мы уже искали живого тигра.
Мы шли, ориентируясь на силу сигнала. Поднимаясь на сопку, Джон периодически останавливался и корректировал наш маршрут. На полпути к вершине, мокрые от влажности и подъема, мы остановились, потому что сигнал стал слабее и, наконец, совсем растворился в шуме радиопомех.
Мы переглянулись: как тигр мог исчезнуть? Когда мы поднялись на вершину, все прояснилось. Джон заметил лежку тигра рядом с ряжем: всего несколько минут назад хищник лежал в этом месте. Когда тигр услышал наши шаги, он спокойно перевалил через ряж и спустился в соседнюю долину. Сигнал исчез, потому что УКВ-радиоволны не проходят через сопки.
Пока Джон осматривал лежку тигра, я не отрывал взгляд от ряжа, где скрылся хищник, ожидая, что он может внезапно появиться оттуда в любой момент. Как никак я уже слышал истории, которые начинались именно так. Тем временем Джон собрал немного тигриной шерсти, а затем почему-то опустился на колени рядом с лежкой и глубоко вдохнул. Я чувствую запах медведя! Я думаю, этот тигр съел медведя! - он встал, его глаза горели, - Нам нужно поискать мертвого медведя!.
Я недоверчиво посмотрел на него. Сначала у нас был один мертвый тигр, потом один живой тигр, потом один живой тигр и один мертвый медведь – и все это за 45 минут.
Этот уголок Северо-восточной Азии – единственное место в мире, где тигры и бурые медведи живут бок о бок, и от мысли о том, что мы с Джоном наткнулись на следы их прямого и смертельного столкновения, на меня нахлынули удивление и трепет.
Мы начали методично прочесывать участок в поисках останков медведя, постепенно увеличивая радиус поиска от места, где лежал тигр. Неожиданно мы оказались на участке, где почувствовали тяжелый запах смерти. Запах гниющей плоти может распространяться от источника, иногда зависая в воздухе  или концентрируясь на расстоянии от самой туши погибшего животного, но как мы ни старались, так не смогли найти, откуда он идет. Почти час мы потратили на поиски и, в конце концов, присели на бревно, признав свое поражение. И тут я услышал шум крыльев и увидел ворону, летящую над кронами деревьев в нашу сторону. Подлетев к нам, птица задрала голову, присмотрелась и отрывисто закаркала, затем взмыла в небеса и полетела назад. Мы молча наблюдали за ней, потом снова заговорили. Минуту спустя та же ворона (или другая, похожая на нее) вернулась и повторила те же действия: подлетела к нам, посмотрела вниз, закаркала и полетела назад. Джон подумал, что нужно возобновить поиски: он вспомнил истории о том, как вороны приводили охотников к оленю или кабану в надежде полакомиться остатками их добычи. Может быть, эта ворона делает то же самое? Мы встали и последовали за вороной на восток. Через сотню шагов зловонный запах смерти стал сильнее.
Внезапно лес расступился, и перед нами открылась небольшая полянка примерно 10 м шириной, а под моими ногами лежала уже почти сгнившая задняя конечность медведя. Мне стало жутко оттого, что она поразительно напоминала человеческую ногу. Джон прошел еще несколько метров и обнаружил такую же вонючую переднюю конечность: белесая кость и зловонная плоть были едва видны среди бурой лесной подстилки. Затем Джон нашел и череп. Судя по истертости зубов, это был очень старый бурый медведь. Вонь в этом месте стояла невыносимая.
Я, наконец, внимательно осмотрелся вокруг: здесь как будто бросили гранату. С кустов оборваны листья, ветки сломаны, лесная подстилка содрана с земли и уложена в большую кучу посреди поляны. В отличие от Джона я понятия не имел, что это был тайник медведя. Бурые медведи иногда прячут остатки своей добычи, укрывая ее содранной с земли лесной подстилкой и валежником, чтобы затем вернуться и доесть ее.
Точная последовательность событий осталась невыясненной, но мы поняли, что старый бурый медведь умер и был погребен другим медведем. Был ли он убит тигром или другим медведем или погиб по иным причинам – этого мы никогда не узнаем. Но в какой-то момент наш тигр с радиоошейником нашел этот медвежий тайник и в течение нескольких дней раскапывал его и поедал останки медведя. Именно поэтому ошейник тигра передавал серию неактивных сигналов в течение длительного времени: он отдыхал, объевшись медвежатины.
Я заметил несколько ворон, нетерпеливо суетившихся в кронах деревьев, и вспомнил, как мы нашли это место. Вороны ждали нас, чтобы мы раскопали останки медведя? Именно поэтому я думаю, что это история про ворону: несмотря на все, что мы знаем о тиграх и медведях благодаря телеметрии и другим технологиям, именно ворона помогла нам сложить вместе все детали мозаики. Это был важный урок: не стоит слишком полагаться на технологии. Эти инновации могут быть умными и удобными, но они не всегда правы и не всегда дают ответы на все вопросы. Мой совет? Наблюдайте внимательно за подсказками природы вокруг вас и следуйте за вороной.

_________________________________________________________
Thanks to Katya Nikolaeva for the transation.